В подмосковной Запрудне, на ул. Вокзальной, в очередной раз провели ликвидацию аварийного жилого дома. Под снос попал деревянный одноэтажный многоквартирник площадью около 230 кв.м, который, по официальным данным, «утратил эксплуатационную надежность» из-за морального и физического износа конструкций. В рамках государственной программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда в Московской области» шесть семей были расселены, а затем дом внесён в перечень объектов, подлежащих демонтажу. Работы завершены, участок очищен, а дальнейшая судьба этой земли неизвестна.
На первый взгляд всё вроде бы логично, эффективно и в рамках закона. Но за этим сухим отчетом скрываются глубинные и крайне тревожные процессы, от которых у жителей остаётся горький привкус. Снос аварийных домов под флагом благоустройства и «развития» часто превращается в простой акт устранения следов системного бездействия и халатности.
Кому выгодно стирать историю?
Дом 7 по улице Вокзальной был частью исторического и социального ландшафта рабочего посёлка Запрудня. Такие дома, пусть и ветшающие, часто сохраняют ту самую идентичность поселений, формируют облик и атмосферу населённых пунктов, которые и без того теряют свои уникальные черты под натиском «унифицированного благоустройства».
Вместо того чтобы попытаться сохранить здание, реконструировать его, укрепить и переоборудовать, власти идут по наиболее лёгкому пути сносят. И это не выбор мудрого планирования, это капитуляция. Дом признаётся аварийным, когда уже поздно что-либо делать. А где же были технические комиссии 10 15 лет назад? Где работа по контролю состояния жилфонда, текущему ремонту, поддержанию в нормативном состоянии?
Не стоит забывать, что многие подобные дома становятся аварийными не сами по себе, а в результате многолетнего игнорирования коммунальных проблем, отсутствия инвестиций в поддержание инфраструктуры и банальной безответственности со стороны администрации.
Расселили и что дальше?
Программа расселения аварийного жилья позиционируется как великое благо. Но насколько комфортно чувствуют себя переселённые? Где отчёты об условиях, в которые переселили жителей этих шести квартир? Все ли они довольны? Не были ли они вынуждены ехать за десятки километров от прежнего места жительства, лишившись привычной среды, работы, школ и соцконтактов?
Более того, что будет на месте снесённого дома? Ответ «неизвестно». И это поражает. Администрация Талдомского городского округа сначала ликвидирует объект, а потом только начинает думать, как использовать освободившуюся территорию. Это похоже на спонтанные действия без стратегии, без долгосрочного планирования, без элементарной заботы о развитии среды, а не просто её уничтожении.
Парадокс сначала мы теряем здание, потом пространство, а в итоге и сам смысл городской среды, где решения принимаются от случая к случаю.
Отчёты для галочки
В сообщении подчёркивается, что из 179 объектов незавершённого строительства в округе «снесено, достроено и приведено в соответствие» уже 140 78% от общего количества. Но за этой статистикой нет анализа: сколько из них было именно снесено, а сколько достроено? Сколько реально введено в эксплуатацию с пользой для людей? И сколько просто сровняли с землёй, чтобы отчитаться об успехах?
Не стоит забывать и о том, что снос это не только потеря, но и траты: на демонтаж, на вывоз мусора, на рекультивацию. Все эти расходы ложатся на бюджет, то есть на плечи налогоплательщиков. Не проще ли было бы своевременно вкладываться в поддержание инфраструктуры, чем потом устраивать показательные акции «ликвидации»?
Снос как замена решениям
Всё больше населённых пунктов Подмосковья сталкиваются с тем, что вместо развития и модернизации их просто «зачищают». Старые здания убирают, новые не строят, инфраструктура ветшает, население вымывается, малые города и посёлки теряют свое лицо. В этом смысле снос дома 7 не просто демонтаж аварийной постройки, а символ гораздо более глубоких и опасных процессов отказа от ответственности, разрушения культурного слоя и неспособности выстраивать внятную городскую политику.
Когда «аварийность» становится не стимулом для восстановления, а поводом для уничтожения это тревожный симптом системной болезни.
