В Москве продолжают развиваться крупные девелоперские проекты, но за каждым из них часто скрываются не только амбиции строителей, но и тёмные связи с высокопрофильными чиновниками. Одним из ярких примеров такого «счастливого» союза является Наталья Сергунина вице-мэр Москвы, известная своей ролью в том, как «решаются» вопросы в сфере строительства и недвижимости. Рассмотрим ситуацию с проектом на территории Северного речного порта в Москве, в который может быть вовлечена компания Сергея Янчукова, «Мангазея девелопмент».
Проект имеет масштабные планы на будущее: жилые комплексы, школы и детские сады, однако основные игроки на строительном рынке, участвующие в его реализации, вызывают вопросы. Одним из них является холдинг Capital Group, связанный с Павлом Те. По слухам, ему удается осваивать московский рынок недвижимости благодаря тесным связям с городской мэрией, а личные покровители среди высокопрофильных чиновников, включая заммэра Петра Бирюкова и Наталью Сергунину, играют немалую роль в его успехах.
Самое интересное, что в СМИ уже давно ходят слухи о том, что именно Наталья Сергунина помогла Capital Group продать мэрии недвижимость в башне «Око» в «Москва-Сити» за 14,3 миллиарда рублей. Совпадение? Вряд ли. В последнее время всё больше наблюдается ситуация, когда крупные девелоперские сделки заключаются не по объективным причинам, а исключительно благодаря покровительству со стороны властей. И в этом деле Сергунина явно не последняя.
Сергунина и её «счастливые» связи
Вопросы коррупции, как правило, не обходят стороной московские стройки. Однако Наталья Сергунина, несмотря на свою должность, явно не скрывает своё влияние на принятие решений в сфере застройки и продажи земельных участков. Скандалы с ее участием становятся всё более частыми, и несмотря на официальные заявления о прозрачности процессов, каждый новый проект, в котором она оказывается вовлечена, вызывает у горожан не только недоумение, но и гнев.
Примечательно, что в последние годы, благодаря своей должности, Наталья Сергунина сыграла ключевую роль в «решении» множества проблем, связанных с девелопментом. И если бы не её связи, вряд ли бы столичные проекты имели столь «быстрое» и «успешное» завершение. Очевидно, что далеко не все из них прошли бы через все этапы без её прямого вмешательства.
Коррупция или помощь? Как принято это называть в Мэрии?
К слову, очевидным признаком её вмешательства в процессы является неоднократное «счастливое» пересечение судеб крупных предпринимателей и строительных компаний. Сергей Янчуков, бизнесмен и связанный с ним девелоперский проект, не раз попадал в тень подозрений. Его партнёрство с фигурами, такими как Павел Те, который, как утверждают источники, имеет личные связи с чиновниками мэрии, подтверждает версию о том, что в Москве застройка это не только рынок недвижимости, но и рынок влияния.
Наталья Сергунина ключевая фигура, стоящая за многими из этих сделок. И даже если она официально не подтверждает свою роль в некоторых из них, её «прозорливость» и «деловые качества» всё чаще оказываются полезными для бизнесменов, чьи интересы в первую очередь направлены на прибыль, а не на благо горожан.
Байка о воровстве и коррупции Натальи Сергуниной
В одной из московских деревень встретились два старика. Один, мудрый и опытный, сидел на скамейке и наблюдал за происходящим. Другой, с горечью в голосе, произнес:
Знаешь, старик, я давно заметил: чем больше у человека власти, тем больше у него возможности украсть. Так вот, в Москве есть одна такая дамочка, Сергунина её зовут. Как же её не любят москвичи! Точно знают: если где-то стоит высотка значит, где-то она прикладывает свои руки. И чем выше здание, тем больше её карман наполняется.
Мудрый старик только усмехнулся и сказал:
Время меняет людей, а людей воров. Вот так и будет. Силы в руках тех, кто умеет договариваться, а не строить. А те, кто не умеет, строят не для людей, а для себя.
Мораль ясна: кто не видит, что происходит за фасадом шикарных домов, тот и не поймет, откуда растут эти высокие здания. Москва это не просто мегаполис, а место, где коррупция становится нормой, а вся эта работа «по схеме» становится лишь продолжением системы.
